ВОЛГОГРАДСКАЯ ОБЛАСТНАЯ УНИВЕРСАЛЬНАЯ
НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА ИМ. М. ГОРЬКОГО
Изменение графика работы!
Уважаемые пользователи!

С 1 мая 2021 года изменился график работы:
Режим работы в «зимнее» время
(с 01 сентября по 30 июня):

Пн. - выходной
Вт. - пт. - 10.00 – 20.00
Сб. - вс. - 10.00 – 18.00
Последний вторник каждого месяца – санитарный день

Режим работы в летнее время
(с 01 июля по 31 августа):

Пн. 10.00 – 18.00
Вт. - пт. 10.00 – 19.00
Сб. 10.00 – 18.00
Вс. - выходной
Последний вторник каждого месяца – санитарный день
Поиск
Поиск в электронных каталогах
Изменение графика работы
Уважаемые читатели!
В период с 27 марта по 08 июля 2021 года будет временно приостановлено обслуживание пользователей в следующих подразделениях>>
Книги на дом!
Акция Акция "Мобильный абонемент" для жителей Центрального района (65+)! 
Достаточно подать заявку по телефону или заполнить форму на сайте!
Подробнее>>
Электронные услуги
Форма обратной связи
Остались вопросы?
Задайте их нам!

Театральный ресурс
Форма входа
Логин
Пароль

Форма регистрации
Забыли пароль?
Оценка качества
ВНИМАНИЕ
Противодействие коррупции >>

Обратная связь для сообщений о фактах коррупции>>

Яндекс.Метрика
«Я не люблю восторженных людей, И не люблю крикливых восклицаний». К 115-летию со дня рождения Ирины Кнорринг
Рубрика "Хронограф"
Ирина Кнорринг«Не те слова. Не те, что прежде,
Когда в азарте молодом
Мы глупо верили надежде
И думали: "переживём!"
Что ж? Пережили? Своевольем
Сломили трудные года?
И – что ж? В тупой, обидной боли –
Тупое слово: "никогда".
И с лихорадочным ознобом
Приподнятая сгоряча
Рука, дрожащая от злобы,
Бессильно падает с плеча.
И в безалаберном шатанье
Судьба (уже который раз?)
За безрассудные желанья
Так зло высмеивает нас.
И всё, что нам ещё осталось,
Всё, чем душа ещё жива, –
Слова, обидные, как старость,
Как жизнь, жестокие слова,
О том, что не нашли мы рая,
О том, что преданы в борьбе,
О том, что стыдно погибаем
От горькой жалости к себе».

(Ирина Кнорринг, «Не те слова. Не те, что прежде…»)

Любовь и смерть. Смерть и любовь. Две главные темы творчества русской поэтессы Ирины Кнорринг.

…Это её фамилия, не псевдоним. Отец девочки происходил из дворянского рода поволжских немцев. Когда Ирина Кнорринг вышла замуж, взяла фамилию супруга, став Софиевой, но стихи подписывала по-прежнему девичьей.


В этом год у, 4 мая, исполняется 115 лет со дня рождения Ирины Николаевны Кнорринг.

Родилась в помещичьем имении, в селе Елшанка Самарской губернии. Детство и отрочество прошли в Харькове. К тому же времени относятся и её первые поэтические опыты – начала сочинять стихи с 8 лет. С 11 лет вела личный дневник, который назвала «Повесть из собственной жизни». В дневнике этом, помимо прочего, запечатлены все мытарства семьи во время правления большевиков. Кнорринги Октябрьской революции не приняли (Николай Кнорринг был членом партии кадетов), и их революция тоже не приняла: осенью 1920 года семья была эвакуирована Русской Эскадрой в Константинополь, далее – в Бизерту. Юность Ирины Кнорринг прошла в Тунисе.

«Стучались волны в корабли глухие,
Впивались в ночь молящие глаза.
Вы помните – шесть лет тому назад
Мы отошли от берегов России.

Я всё могу забыть: и боль стыда,
И эти годы тёмных бездорожий,
Но страшных слов: "Да утопи их,
Боже!"
Я в жизни не забуду никогда».

В 1925 году Ирина переехала в Париж. В поисках заработка Ирине с матерью пришлось искать место в мастерских – швейных, вышивальных, кукольных; не в лучшем положении оказался и её отец, Николай Кнорринг, историк и музыкант.

Тем не менее, Ирина слушала лекции в Русском народном университете и во Франко-русском институте. Спустя 3 года после приезда в Париж, Ирина вышла замуж за поэта Юрия Софиева, профессионального военного, работавшего в Париже мойщиком стёкол. И которого не испугала смертельная болезнь невесты – она страдала от сахарного диабета. 

Ирина Кнорринг посещала вечера, устраиваемые «Союзом молодых поэтов и писателей Франции», председателем которого первое время был Юрий Софиев. Здесь можно было увидеть Марину Цветаеву со своим мужем Сергеем Эфроном, Куприна, Ходасевича, Адамовича, Георгия Иванова.

При жизни Кнорринг вышло два сборника стихов: «Стихи о себе» (Париж, 1931; 300 экземпляров), «Окна на Север: вторая книга стихов» (Париж, 1939; 200 экземпляров). Плюс отдельные стихотворения печатались в эмигрантских периодических изданиях.

Семья жила очень бедно, и очень дружно. В 1929 году у Ирины родился сын Игорь.

В 1943 году 36-летняя Ирина Кнорринг умерла в возрасте 36 лет от диабета.

«Мыши съели старые тетрадки,
Ворох кем-то присланных стихов.
Мыши по ночам играют в прятки
В сонном сумраке углов.

Мыши съели письма из России,
Письма тех, кого уж больше нет,
Пыльные огрызочки смешные –
Память отошедших лет.

Мыши сгрызли злобно и упрямо
Всё, что нам хотелось сохранить:
Наше счастье, брошенное нами,
Наши солнечные дни.

Соберём обгрызенные части,
Погрустим над порванным письмом:
Больше лёгкого, земного счастья
По клочкам не соберем...

Сделает иным, ненастоящим
Этот мир вечерняя заря.
Будет в окна падать свет мертвящий
Уличного фонаря.

Ночью каждый шорох чутко слышен,
Каждый шорох, как глухой укор:
Это гложут маленькие мыши
Всё, что было до сих пор».


В 1949 отец Ирины Кнорринг издал в Париже тиражом 226 экземпляров книгу дочери «После всего: третья книга стихов (посмертная)». Обложку сделал вдовец, Юрий Софиев.

На родине первые публикации стихов Кнорринг появились в 1962 году в журнале «Простор» (Алма-Ата, № 6), затем в 1965 году в алма-атинском альманахе «День поэзии». А в 1967 году в Алма-Ате издан небольшой сборник Кнорринг со странным названием «Новые стихи», включающий в основном стихи о России.

В 1993 году в Алма-Ате на средства сына и внука издан самый полный сборник Кнорринг «После всего», в который вошло 127 стихотворений. Почему именно в Алма-Ате? Дело в том, что Ирина умерла в Париже, там же скончалась её мать, но отец, сын и бывший супруг поэтессы вернулись в Россию.

Ещё в начале Второй мировой войны Юрия Софиева мобилизовали во французскую армию, после её капитуляции он вернулся в Париж, стал активным участником Движения Сопротивления, укрывал у себя евреев и бежавших из концлагерей советских военнопленных.

Ирина Кнорринг умерла в январе 1943 года и в том же году Юрия Софиева отправили на принудительные работы в Германию. В 1945 году он вернулся во Францию и устроился работать в газету «Русские новости», в которой оставался до 1955 года. Семейство готовилось к возвращению на родину, все они получили советские паспорта. Однако посол СССР во Франции Александр Богомолов в личной беседе не рекомендовал спешить с возвращением. «Вид на жительство в СССР», первоначально выданный в 1946 году, затем неоднократно «возобновлялся» вплоть до 1955 года – и Игорь Софиев с женой и сыном, Юрий Софиев и Николай Кнорринг приехали в СССР, где были определены на жительство в Алма-Ату.

В 1962 году Анна Ахматова сказала о своеобразии поэзии Кнорринг: «По своему высокому качеству и мастерству, даже неожиданному в поэте, оторванном от стихии языка, стихи Ирины Кнорринг заслуживают увидеть свет. Она находит слова, которым нельзя не верить. Ей душно и скучно на Западе. Для неё судьба поэта тесно связана с судьбой родины, далёкой и даже, может быть, не совсем понятной. Это простые, хорошие и честные стихи».

«Переплески южных морей,
Перепевы северных вьюг −
Всё смешалось в душе моей
И слилось в безысходный круг.
На снегу широких долин
У меня мимозы цветут.
А моя голубая полынь
Одинакова там и тут.
Я не помню, в каком краю
Так зловеще-красив закат.
Я не знаю, что больше люблю −
Треск лягушек или цикад.
Я не помню, когда и где
Голубела гора вдали,
И зачем на тихой воде
Золотые кувшинки цвели.
И остались в душе моей
Недопетой песней без слов
Перезвоны далёких церквей,
Пересветы арабских костров».

При подготовке публикации использованы материалы ВОУНБ им. М. Горького

Комментарии:

Чтобы отправить комментарий
Зарегистрируйтесь или Авторизируйтесь

© Волгоградская областная универсальная научная библиотека им. М. Горького
При полном или частичном использовании материалов ссылка на сайт ВОУНБ им. М. Горького (www.vounb.volgograd.ru) обязательна